arrowcaster: (Аполлон и Дафна)
Мне так называемые муки творчества практически незнакомы. Я ведь не вынашиваю никаких особых замыслов, моя вполне себе маниловская сущность вполне себе удовлетворяется такими соображениями, что "неплохо бы что-нибудь такое написать, злободневное, например, про кровавый режим или, может, что-то социальное, пьеску некую или, может даже, романчик. Но поскольку в объективной своей реальности мне на все это совершенно наплевать, и на социум, и на политические перипетии нашей так называемой жизни, то дальше безвольных напряжений ума "о возможных героях", "примерной сюжетной канве", будущем названии и, главное, псевдониме, под которым я все это опубликую (псевдонимы - это, пожалуй, наиболее плодоносная сторона моих творческих изысканий и потуг - их я напридумывал уже превеликое множество, и некоторые, по-моему, очень ничего, даже удачные. Распространяться сейчас не буду - вдруг-таки что-нибудь издам). Короче, недолго таким манером позабавлявшись, я благополучно ставлю где-нибудь очередную пометку "как-нибудь хорошенько все обдумать и обязательно заняться" и предаюсь своему обычному времяпровождению - ничегонеделанию, праздношатанию, пьянству и пустым мечтаниям об одной знакомой некоторым особе. Это, так сказать, будничный аверс моей креативности.
Есть у нее и реверс. Read more... )
arrowcaster: (коронация)
Есть у меня одно свойство, которое очень меня, с одной стороны, удивляет и чрезвычайно бесит - с другой. Это способность чертовски на себя злиться и переживать острейшее чувство стыда за что-то, чему, казалось бы, грош цена и память о чем давно уже не то, что выцвела и стерлась, а распалась на первоэлементы и растворилась в хладном мраке космоса. Казалось бы, да вот и нет. Иногда идешь куда-нибудь, гуляешь, глазеешь по сторонам, и все хорошо, просто замечательно, мысли свободно и не спеша приходят и столь же неспешно удаляются, все размеренно и естественно, как надо. И вдруг по какой-то неуловимой ассоциации вспомнится что-то такое малоприятное, и стыдом, как ушатом ледяной воды, всего тебя, до последней клеточки естества окатит, и сразу станет так слизко и противно на душе, будто хлопнули по роже тухлой рыбиной. Вот, как сейчас помню: в третьем классе о чем-то поспорили с одноклассниками, и я был абсолютно прав, точно знаю, но в пылу спора перепутал ракитник с рахитом, смутился, затушевался и своего мнения отстоять не смог. Какая сейчас может быть разница?! Да, никакой, а как вспомнишь, так стыдом, словно током, пробивает, и злость на себя поднимается невероятная. А ведь это еще из самых невинных воспоминаний...
И с другой стороны - сколько окружающие всяких гадостей и глупостей делают, просто диву даешься. И взять бы, что ли, да разозлиться так вот, по-хорошему, ибо заслуживают, сверх всякой меры зслуживают, а не могу, не получается, и все тут. Единственный человек, который способен вывести меня из равновесия - и прекраснейшим образом выводит - это Нинка. И сегодня, пока в университет ехал, крепко я надо всем этим задумался и, кажется, в чем дело, понял. Много ли толку злиться на убогих людишек, достойных разве что сожаления, если не презрения?! И сколь постыдны и непростительны наималейшие оплошности - наипаче проступки - совершенного существа и тех, на ком лежит отблеск совершенства!
arrowcaster: (Бабочка)
Когда я вчера ночью сел в поезд, снова - уж в который раз! - подумал, что это был восхитительный уикэнд. Все, тотально все было хорошо. Были все люди, которые нужны, необходимые места, идеальный угол солнца на небе...
Но когда я думал об этом, восторга не было. Была мягкая усталая грусть. Потому что восторг - это сиюминутное, подростковое, а ощущение флегматичного хода времени - это правильно и на века. Так, как надо. Это был восхитительный уикэнд, и он миновал. Будет другой, и тоже пройдет. И это хорошо.

arrowcaster: (Дельфы)


Где-то около года назад мы в компании Насти, Роби и Пончика лихо отплясывали эту сценку. Кто-то даже заснял, вроде. Было комично и смешно.
arrowcaster: (Перевёрнутая пентаграмма)
Включил вчера случайно "Один поцелуй моряка" Агузаровой - и словно иголка в сердце вонзилась. Блин, вроде уже больше пяти лет прошло с того безумного июня, когда я жил только на спиртном и Агузаровой в истерическом драйве за гранью всех возможных срывов из-за ВВХ. Казалось бы, все давно кануло в лету - и драйв и истерики, ан нет - где-то в подкорке сидит память о тех днях и ночах неистовства, невменяемости и бреда. 
arrowcaster: (Союз-Аполлон)
Помнится, году в 1990 или 1991 по утрам в воскресенье по первой программе показывали дурацкую передачу с очень характерным для эпохи названием: "Возможно все". Несмотря на название, а может, и благодаря ему - сейчас уже неважно, передача была действительно дурацкая. Суть ее состояла в том, что по экрану летал шарик, который в случайном порядке выбирал очередной видеоролик для показа. Всего было 100 вариантов разнообразных развлекательных клипов: музыка, скетчи и прочая хня. Интрига, естественно, заключалась в том, что нельзя было узнать, что будут показывать в следующий раз. Но, поскольку ассортимент предлагаемых удовольствий оставался неизменным, очень скоро я выяснил номера, которые были самыми интересными: 37 и 20. Под первым из них скрывался фрагмент шоу никому тогда в СэСэСэРе неведомого Бенни Хилла. Половину его содержания я не понимал, но когда мужик в идиотском парике начинал дергать страшных девиц за трусы, было невероятно смешно. А под номером 20 находился видеоклип какого-то аляповатого очкарика. Про что он пел, я тогда ни сном не духом не втыкал, но история была донельзя слезливо-сентиментальная, и я в нее положительно влюбился.
А сейчас что-то ностальгия пробила по разным поводам, вот и вспомнилось:


arrowcaster: (Бабочка)
Пошел я, значит, вчера на Елагин остров. Там ожидался "фестиваль ведической культуры" Джаганнатха Ратха-ятра. То бишь, кришнаиты зажигали и оттягивались во всю. Сначала по острову катали белую колесницу с тремя пучеглазыми истуканчиками, украшенную цветами и фруктами. Тянули ее сами адепты, а на ней стоял еще один полуголый вайшнав и обмахивал божков метелкой из конского волоса. Все это сопровождалось, как водится, песнями, плясками и неизбежным "Харе Кришна, харе Рама".  По ходу дела проводились разные странные обряды, как-то: освящение и разбитие трех кокосовых орехов, что вызвало у толпы "преданных" вопль восторга, и танцы стали еще безумнее. Чуть-чуть позднее начался обряд очищения огнем, который я, как самый рьяный адепт, прошел три раза. Правда, умыл я только одну руку, потому что во второй сжимал фотоаппарат -  наделал кучу фотографий, потом выложу. Затем вся процессия поравнялась с летней эстрадой  парка Кирова, и там началась основная часть праздника. Сначала небольшую проповедь прочитал какой-то закопченный гуру из Индии. Говорил он на английском, а вайшнав-абориген переводил, причем довольно коряво. Пока индус вещал, божков сняли с колесницы и поставили на импровизированный алтарь позади проповедника. После проповеди начались киртаны, то есть священные песнопения, и одновременно женщины раскладывали перед истуканами фрукты, овощи, пирожные - типа, подношение богам. Навалили кучу всякой снеди.  После киртанов всех гостей попотчевали "блюдами ведической кухни". Блюдо было одно - рис с оливками и овощным рагу, зато очень вкусное, и много. Эх, жалко что они мясо не едят! То-то бы вкуснятины какой-нибудь наготовили. К этому времени на эстраду вышли три полуголых кришнаита с жаровней и фруктами, усатый дядька с ситаром и его аккомпаниатор с там-тамчиками. Сначала я думал, что они собираются эти фрукты жарить, но оказалось, что они нужны только для художественного оформления жаровни. В самой жаровне развели костер, и где-то минут сорок поливали под аккомпанемент ситара пылающие поленья какой-то маслянистой желтой жидкостью и что-то там читали нараспев на санскрите. В смысл обряда я так и не врубился. Между тем ситар, там-тамы, речитатив и благовония делали свое дело, и даже такой стойкий человек, как я стал впадать в легкий транс. О других и говорить нечего. Кто-то камлал, кто-то падал ниц, кто-то водил хороводы. Затем начались выступления ансамбля классического индийского танца и девушки-мастера боевого ушу. Закончился фестиваль затяжным киртаном, когда градус безумства поднялся до такой степени, что даже я, в своем роскошном белом костюме, начал пританцовывать на месте и хлопать в такт музыке. Под самый конец всем раздали по горсти фруктов, орехов и сластей из подношения, посвященного истуканчикам. Было уже довольно поздно, но я, напитавшись позитивной энергией языческой мистерии, и думать не хотел о возвращении домой. Поэтому сел на метро и поехал в центр, где в Таврическом саду отдохнул от вайшнавской вакханалии в компании Гриши и бутылочки пива. Потом мы пошли гулять и встретили двух девушек - Машу и Виолетту. С Машей Гриша меня познакомил неделю назад, она студентка театральной академии, и я потихоньку начинаю в нее влюбляться. Только Гриша не должен об  этом знать - он сам от нее без ума. А Виолетта - маленькая эффектная брюнетка восточного типа с длиннющими ресницами - еще только собирается поступать на актерский. Сейчас она - безработный парикмахер, и,  судя по тому, как она постригла Машу, очень даже неплохой. Так мы долго гуляли, проводили сначала Виолетту, потом, гораздо позднее, Машу, и кончилось все тем, что я опоздал не только на метро (это не страшно - от центра до моего дома около часа ходьбы), но и к разведению мостов. Никак не могу привыкнуть к этой питерской особенности. Наконец в начале четвертого утра мы пришли к Грише, посмотрели трешевые мультики Линча и легли спать. Это был очень долгий и очень хороший день.

Profile

arrowcaster: (Default)
arrowcaster

November 2015

S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 26th, 2017 12:34 pm
Powered by Dreamwidth Studios